Даже в наше аполитичное время связь между обыденной жизнью и высокими кабинетами не ускользает от взгляда ребенка. И дети, как ни странно, готовы совершенно по-взрослому обсуждать происходящее на политической кухне страны и предлагать свои административные рецепты. В этом они похожи на взрослых, но есть одна деталь, которая решительно отличает их от родителей: это — честность. Дети не стесняются своих представлений и желаний и охотно говорят о них даже в тех случаях, когда взрослый наверняка предпочел бы слукавить. Именно поэтому сегодня о политике на страницах нашего журнала будут говорить дети: их наивные представления о государстве — зеркало наших. Пенять на него бессмысленно, давайте просто в него заглянем, ведь однажды это отражение станет нашим с вами будущим
Нынешние дети мечтают в категориях, которые далеко не всегда совпадают с теми, которые были у нас в их возрасте. Времена-то меняются, и вслед за представлениями родителей меняются и детские ценности.
В чем-то их сознание не знает цензуры. Но в нем, конечно, заложены элементарные представления о том, что такое хорошо и что такое плохо. Наши собеседники — 10–14−летние школьники — еще обожают своих родителей, бабушек и дедушек и в своих политических суждениях полностью ориентируются на взрослых. Поэтому они повторяют наши банальности и общие места. И при этом их неуемное воображение, не подчиненное «приличиям» и хорошему тону, доходит порой до крайностей и наивного экстремизма.
Для некоторых ребят чуть ли не единственное, зачем стоит идти во власть, — это деньги. Маленьким бизнес¬менам кажется, что они прекрасно понимают «механику» большой политики. Самым показательным в этом смысле оказался наш диалог с Сашей — коренастым 13−летним пареньком из Тюмени. Он удивил нас как своим не по-детски системным подходом к политике, так и тем цинизмом, на котором основывается его тщательно продуманная стратегия. Причем, как ни печально, в отсутствие идеологии (если не считать за таковую идею «заработать денег») именно такие маленькие «макиавеллисты» больше всего похожи на государственных мужей: они имеют достаточную мотивацию и хватку для подобной карьеры.
Саша сидел на бордюре пешеходной дорожки и лениво поглядывал по сторонам. На предложение поговорить о политике он вяло замотал головой:
— Не, не хочу я, вон, Максима лучше спросите, — Саша кивнул в сторону своего приятеля, уныло жевавшего семечки неподалеку. Ну, нет так нет, можно и с Максимом, который тут же стал старательно отвечать на наши вопросы про проблемы и устройство России. Однако услышав «А ты хотел бы стать президентом?», Саша внезапно встрепенулся и разговорился — пофантазировать на такую тему он явно был не прочь. Выяснилось, что ему очень даже есть что сказать:
— Я бы, конечно, очень хотел бы быть президентом.
Потому что у него деньги в руках большие водятся. И потому, что президент — человек известный. Первый указ я бы издал, чтобы у меня власти побольше было, чтобы подольше сидел. Срок себе сделал бы — 12 лет.
— А почему не всю жизнь?
— Ну, я думаю, я под сорок бы устал, это ведь не очень-то легкая работа — быть президентом. К тому же я бы и за 12 лет столько заработал, что мне больше не надо было бы.
— И как бы ты заработал? Ведь зарплата у президента не такая уж и большая.
— Ну, через президента же проходят все государственные деньги. Я бы попробовал часть из них себе в карман перенаправить. Я уверен, многие президенты так и делают.
— Как бы ты это сделал?
— Через сделки разные. Я бы со всех сделок, которые внутри страны и с другими странами, брал бы себе по 5%. Ну и взятки бы брал, наверное, ведь все же люди жадные, все берут. И я бы брал.
— И как бы ты бюджет поделил?
— Ну, я бы его распределял, чтобы людям хорошо было: нанял бы умных советников, которые бы мне помогали. А то были бы бунты, недовольные люди могли бы меня скинуть. Я точно не знаю, куда там надо — ну, на медицину там, зарплаты, строительство и все остальное. И себе бы за это маленечко взял — всего-то двадцатую часть.
— А почему бы тебе не стать монархом?
— А зачем? Это многим людям не понравится, они могут устроить бунты. А 12 лет я бы, наверное, смог протащить. Был бы диктатор, но так, чтобы это было незаметно.
— Депутатов ты бы в своем государстве оставил?
— Я вообще-то не знаю, чем они занимаются…
— Они рассматривают президентские указы и могут их отклонить. Могли бы и тебе 12 лет править не разрешить…
— Тогда я бы их, естественно, отменил.
— А партии?
— Тоже убрал бы, конечно. Зачем они мне нужны?
— А если бы кто-то из граждан стал возмущаться твоей политикой, говорить, что ты вор и взяточник?
— Устранил бы их.
— В тюрьму бы посадил или физически?
— Физически. Суды, менты — очень это сложно. Я бы киллеров нанял, так легче.
— А как бы ты вел себя с другими странами?
— Я бы с ними дружил: мне же выгодно, чтобы сделок побольше было. Воевать бы я не стал, но если бы кто-то против меня чего-то говорил или делал, то я бы с ним боролся. Сделал бы так, чтобы они меня боялись. Киллеров я бы нанимать не стал: убить президента другой страны сложно, ну и скандал слишком большой. Я бы сделал по-хитрому — некоторые президенты так и делают: отправил бы туда своих людей, убил бы кого-нибудь известного в их стране или взорвал что-нибудь. Тогда там были бы бунты, и тамошние жители начали бы сами друг друга убивать. А когда их страна бы ослабла, я бы отправил туда свое войско и легко посадил бы уже того президента, который мне нужен.
— Как бы ты хотел, чтобы тебя называли? Какой образ жизни ты бы вел?
— Мне титулы всякие не обязательно, я бы деньги зарабатывал. Пусть бы нормально называли, как сейчас президентов называют. И образ жизни я бы вел скромный, не выделывался бы, каждый день на работу бы ходил, чтобы людей не раздражать.
— А что бы ты делал после президентства?
— Я бы ушел. Неважно, был бы я популярен или нет, все равно ушел бы, даже не стал бы выставлять себя на выборы. Деньги у меня уже есть, и много, — зачем мне еще работать? Даже если бы еще раз выбрали, не пошел бы. Я уже старый и богатый человек: я бы ведь все эти 12 лет по 5% брал, из них 3% тратил на что-нибудь, а 2% откладывал. Заработал — можно и отдохнуть.
Саша на первый взгляд кажется совершенством политического цинизма. Согласитесь, от ребенка таких откровений не ждешь. Но в устах зрелых людей подобный макиавеллизм не трогает и не удивляет — это общее место. Однако эту банальность нашего взрослого мира Саша довел до гротескного реализма. Проницательный ребенок. Далеко не все наши маленькие собеседники, как Саша, проявляли президентские амбиции. И хотя большинство из них было готово представить себя на месте президента, однако в реальной жизни, говорили они нам, «личная свобода» им намного дороже президентского кресла.
Блондинка — лучший президент
Наши споры о (не)равенстве полов также экзотически преломляются в детском сознании. Мальчики и девочки быстро усваивают азы гендерной политкорректности и легко соглашаются, что женщина может стать хорошим президентом — было бы желание.
Есть, конечно, среди них и скептики, утверждающие, что женщине не хватит «силы» или «решительности». Например, Даша (10 лет) считает:
— Женщина-президент — это в принципе неплохо, женщины привыкли к трудностям. Но все-таки мужчины лучше — у них нервы тверже, а женщина может не выдержать, распсиховаться на каком-нибудь собрании.
Остальные убеждены: женщина как минимум не хуже мужчины. А две подружки-красотки — беленькая Лиза (11 лет) и чернявенькая Илона (11 лет) — даже вывели собственную иерархию предпочтений: самый плохой президент — некрасивая женщина; потом идет мужчина (это «нормально»); потом — красивая женщина; а самый лучший из всех возможных президентов — красивая блондинка. Лиза явно намекает на собственную персону. Вообще-то Илона убеждена, что на одних блондинках свет клином не сошелся, красивые брюнетки ничуть не хуже, но авторитет загорелой и статной подруги в этой детской компании непререкаем. Лиза кокетливо, «со знанием дела», поясняет:
— Важно, чтобы президентом стала красивая, ведь почти все президенты — мужчины. Значит, они будут к ней с большим уважением относиться, а ей будет очень легко с ними договариваться, давать советы. Чтобы не было войны, ну и все остальное… Поэтому красивая женщина, особенно блондинка, — лучше президент, чем мужчина. А некрасивая — хуже, даже если умная: они на нее и глядеть-то не будут, скажут: «Фу, зануда такая, ботан!»
— Да, да! Вообще-то мужчины очень вредные, но когда они видят красивую женщину, они ведут себя по-другому, — поддерживает ее Илона. — Я бы еще издала закон, чтобы мальчики были хорошими и девочек не обсирали, матами не обзывались. В тюрьму, наверное, все-таки за это слишком — придется тогда их всех посадить, никаких тюрем не хватит. Ну, чтобы их за это очень сильно ругали.
— И ремнем по попе… — мечтательно шепчет Лиза. — Как президент, я бы выборы вообще отменила: красивых девочек надо назначать до конца жизни.
— Я бы выборы убрала и осталась президентом на всю жизнь. И зарплату бы себе побольше сделала, — охотно соглашается с ней Илона.
Но были девочки, которых перспектива стать президентом нисколечко не согревала. И говорили они об этом с вполне взрослой женской позиции: у президента нет «нормальной» личной жизни.
— Ответственность и никакой свободы… Надо все время следить за собой, ничего лишнего не сказать, кругом охранники. Ты, как обычный человек, ни в магазин сходить не можешь, ни погулять, ни позагорать в солярий — ничего… — ужасается Соня (12 лет).
Совсем как будущая мама рассуждает Алена (12 лет):
— Президент не может уделять достаточно внимания своему ребенку. Вообще ребенком президента быть трудно. Вот сейчас дочка Медведева — даже если у нее все есть, даже если она завалена подарками, но отца-то она редко видит. Я бы своему ребенку такого не хотела.
На первый взгляд детям совершенно чужда гендерная дискриминация: мол, хорошим президентом может стать всякий гражданин независимо от пола. Но на деле половые различия продолжают играть важнейшую роль. Сексизм никуда не испарился и царствует в мире детей так же, как среди взрослых.
Новый чудный мир
Представим себе на минуту: что же получится, если дети, с которыми мы поговорили, завтра утром окажутся у руля государства? Как будет устроена наша страна?
Похоже, этот завтрашний мир будет весьма специфическим, во многом смахивающим на самые жесткие антиутопии. Прежде всего, это будет страна правителя-деспота, абсолютного монарха. «Бояре», конечно, останутся, но их роль по сути будет мало отличаться от роли королевских гонцов. Править бал в этом государстве будут истовые и непреклонные экологисты-физкультурники. Их власть будет осуществ¬ляться при помощи опричников, которые повсеместно будут следить за населением при помощи видеокамер. Отклонение от зелено-здоровых стандартов будет караться колонией, драки — тюрьмой, инакомыслие — расстрелом. Зато будет достигнут неплохой уровень благосостояния граждан, вырастет продолжительность жизни, преступность захиреет и уйдет в глубокое подполье. Мигранты переедут в гетто или отправятся домой, а соседние страны в благоговейном трепете начнут активно «дружить» с новой щедрой, но самолюбивой державой.
Картина, конечно, гротескная, она возникает, если сложить из множества детских высказываний единый пазл. Но ведь дети чем-то похожи и на утопистов, и на революционеров — им кажется, что можно несколькими решительными действиями построить страну всеобщего равенства, сделать всех счастливыми, а тех, кто не захочет, отправить на задворки истории. Собственно говоря, опыт строительства такого общества у нас уже был — с 1917 года. Реализация этих детских мечтаний обошлась стране в миллионы жизней.
В отличие от политиков и просто взрослых дети честны — они рисуют мир таким, каким его видят многие взрослые, и картина получается довольно неприглядная. Дети-то вырастут и, наверное, поумнеют. Жаль только, что значительная часть нашего общества так и застряла в детстве, когда все проблемы решаются легко и просто, когда власть — это строгий и справедливый родитель, а люди — всего лишь «продукты», которые надо упаковывать.
Антоха наконец-то сделал Маришке предложение. Они встречались уже полтора месяца, но дальше поцелуев дело пока что так и не продвинулось.
- Женись, - твердила Маришка, - секс будет только после свадьбы.
- Женись, женись… - ворчал Антоха себе под нос, возвращаясь с очередного свидания домой и чувствуя, что брюки под напором его торчащего хуя вот-вот лопнут. - Дрочить почетно, конечно, но сколько же можно??
И вот вчера, выпив для смелости бутылочку коньяку, он наконец-то смог промямлить роковые слова:
- Мариша… Я тут хочу тебе сказать… Ну, это… Я… я…короче, люблю тебя и предлагаю стать моей женой!
Маришка ничуть не удивилась, видимо была уверена, что предложение Антоха все-таки сделает.
- Окейно, - сказала она, - я не против, милый.
Антоха бросился было целоваться, но Маришка уперлась ему ладошками в грудь:
- Не так быстро… Я должна сначала представить тебя своим родителям!
- Ебаные интеллигенты, - подумал Антоха, а вслух сказал. - Да, я понимаю… Когда?
- Завтра днем. Я уже договорилась с ними.
- Вот курва, - снова подумал Антоха, - заранее ведь знала. Бабы, блядь, словно жопой чуют, когда им предложение делать будут….
Но эти слова он, разумеется, оставил при себе.
- Любимая, я с радостью поговорю с твоими предками, но завтра днем не получится – у меня работа!
- Значит так тебе это надо!
Маришка оттолкнула Антоху и надула губки.
- Блядь, чо делать? – парень лихорадочно соображал, как же завтра отмазаться от своей смены.
Ладно бы Антоха в конторе какой бумажки тасовал. Ну не вышел бы, соврал бы, что заболел или еще что наплел. Никакого вреда от его неявки не произошло бы. Но он, к своему несчастью, вот уже второй год работал гинекологом в женской консультации. Не явиться на прием он просто не имел права.
Отогнав на время эти вполне здравые мысли, Антоха проникновенно произнес:
- Я очень тебя люблю, солнышко! Если надо поговорить с твоими родаками завтра – я приду. А во сколько?
- Ты умничка, - проворковала Маришка и снова прильнула к антохиной груди, - завтра в 12 часов они тебя ждут. Брюки не забудь погладить. Адрес знаешь?
- Ага, - покорно ответил Антоха
Вскоре после этого девушка заторопилась домой и ушла, оставив своего жениха в думках о завтрашнем дне. Антоха покурил возле подъезда, почесал репу и поплелся к себе на третий этаж, в купленную родителями однушку.
Первым делом, придя домой, раздевшись и включив комп, Антоха расслабился известным всем мужчинам методом. После этого он вымыл руки и сел к телефону.
- Тэк-с… Ну и кому звонить-то? Завотделением что ли? Как там ее, Виктория Анатольевна, вроде?
Номер телефона Антоха вскоре нашел, но это ему не помогло. Викторина, как называли ее за глаза молодые сотрудники, наотрез отказалась давать отгул.
- Ты врач, - сказала она, - ты клятву Гиппократа давал. Нельзя врачу ставить личные интересы превыше интересов больных!
Викторина отключилась, а Антоха все еще тупо сидел с трубкой в руках, понимая, что дрочить ему придется, видимо, еще очень долго. Наконец, очнувшись, он выругался, ударил по рычагу телефона и уверенно набрал новый номер.
- Васек, не спишь? – заорал он в трубку, - бля, срочное дело, на миллион! Выручай! Да, очень срочное, приходи скорее. Нет, денег не буду просить, обещаю. Не, не по телефону… Придешь? Ну давай, у меня тут пивко как раз в холодильнике.
Васек, сосед из второго подъезда, пришел минут через пятнадцать. Всем своим видом он выражал недовольство, но, войдя на кухню и увидев пару литровых баллонов местного разливного, сменил гнев на милость.
- Чо за дела, Антоха? Хуле так поздно названиваешь, - спросил Васек, попутно разливая пиво по кружкам.
- Васек, выручай, - чуть не взмолился Антоха.
- А что случилось-то, блин?
- Я Маришке своей предложение сегодня сделал…
- На хуя???
- Да не дает она, сказала только после свадьбы…
- Тебе чо, Антоха, других баб мало что ли? - искренне удивился Васек.
- Я ее люблю. А этих дворовых шалав я не могу трахать, я на работе на них так насмотрелся, блядь, изнутри…. У них у всех по три-четыре аборта, Васек…
- Ясно, бля… Пиздострадалец ты паходу сейчас. Дрочишь, небось?
- А-а-а… - неопределенно протянул Антоха и хлебнул пива.
Васек тем временем допил вторую кружку и продолжил расспросы.
- Так я-то тебе на хуя? Или ты меня…
- Да пошел ты, я не гомосек какой-нибудь.
- Короче, ты меня уже утомил. Или говори, или я домой пойду, пива у тебя один хуй больше нету.
Антоха метнулся к холодильнику, достал еще одну бутылку и поставил перед Васьком.
- Вот пиво, и еще куплю ящик, если выручишь.
- Бля… вот ты нудный, - наливая пиво, протянул Васек, - чо делать-то надо?
- Короче это… Мне завтра надо на полдня с работы свалить, на смотрины к Маришкиным предкам, блядь, а меня с работы не отпускают. Ты меня не подменишь?
- Антоха, тебе чо, спермотоксикоз все мозги выжег? Я ж бля, ПТУ закончил на автослесаря, какой из меня гинеколог? – На лице Васька застыло неподдельное удивление.
- Да ты не ссы, утром со мной пойдешь, я тебе покажу и объясню все.
- А если спалят? – усомнился Васек.
- Не спалят, завтра суббота, будут только дежурные врачи, им не до меня, больных принимают весь день.
- Чо мне делать-то придется?
- А делать ты, Васек, будешь то, о чем мечтал всю свою дрочерскую юность – разглядывать пизду.
- Ебаный в рот! – Васек глотнул пива, улыбнулся и переспросил уже более заинтересованно, - Да ну? А не гонишь?
- Ну ты брат, темный! – Антоха, чувствуя, что вот-вот приятель согласится, продолжал давить. – Ты там, Васек, за день столько дыр увидишь, сколько за год не встречал. И не просто увидишь, а рассмотришь во всех подробностях, и даже пропальпируешь…
- Чего? – не понял Васек.
- Ну пальцы внутрь засунешь, понял?
- Бля… - Васек расплылся в улыбке. – А ты уверен, что не спалят?
- Не спалят! Скажешь, что временно исполняешь обязанности, халат и маску я тебе дам, так что будешь вылитый доктор!
Дальше последовало обсуждение деталей, и через час полухмельной Васек поплелся домой, сжимая под мышкой покрытую капельками, холодную бутылку пива.
- Не проспи завтра! – крикнул вдогон Антоха. – Я за тобой в семь зайду, чтоб был как штык!
Васек пробурчал что-то невнятное и скрылся из виду.
Все вышло так, как задумывал Антоха. Растолкав утром Васька, он выволок его, смурного с похмелья, на утреннюю свежесть и повел в поликлинику, по дороге нагружая знаниями по своей профессии.
Попав к Антохе в кабинет, надев белый халат и маску, Васек малость оробел и сидел на кушетку, затравленно озираясь. Антоха чуть ли не силой пересадил его за столик для медсестры, которая сегодня отдыхала, и начал прием.
До одиннадцати часов он успел принять пятерых женщин. В субботнее утро обычно не наблюдалось наплыва желающих, чтоб у них покопались во влагалище, но это было даже на руку Антохе.
При виде первой женщины, широко раскидавшей ноги в гинекологическом кресле, Васек покраснел, но, наблюдая, как сноровисто Антоха обращается со своими медицинскими железяками, слегка успокоился и даже подошел поближе, чтобы посмотреть на бесстыдно открытую взору врача пизду.
- Взгляните, Василий Степанович, как вам это?
- Да-а-а, - протянул Васек.
- Вы совершенно правы, коллега, - тут же подхватил Антоха.
- Антон Владимирович, что-то серьезное? – забеспокоилась пациентка.
- Нет-нет, что вы, ничего такого, - уверил он и подмигнул Ваську – Продолжим осмотр…
Женщина уже слезла с кресло, попрощалась и ушла, а Васек так и стоял раскрыв рот. Халат у него между ног подозрительно топорщился. Антоха похлопал приятеля по плечу.
- Ну вот, видишь, ничего сложного. Нравится работенка?
- Ага, - выдохнул Васек и с трудом сглотнул.
- Ну тогда продолжим. Сам будешь следующую смотреть или еще понаблюдаешь?
- Понаблюдаю. Мне как-то пока не по себе…
- Ну ладно, смотри, учись. Следующая!
Прием продолжался. С каждой новой женщиной Васек чувствовал себя все увереннее. Он уже без страха нагибался над распластанными в кресле женщинами, внимательно разглядывая антохины манипуляции с расширителями и инструментом для взятия мазка. Ему явно начинала нравиться затея с подменой приятеля.
В одиннадцать часов Антоха выглянул в коридор, сообщил ждущим в очереди женщинам о десятиминутном перерыве, извинился и добавил:
- Уважаемые женщины, сегодня вас будет осматривать мой коллега, Василий Степанович. Не волнуйтесь, врач он очень опытный, к тому же это ненадолго, в понедельник я снова к вашим услугам.
Очередь невнятно зашепталась, но Антоха уже захлопнул дверь. После этого он снял халат, маску и перчатки, вымыл руки под краном и подмигнул Ваську.
- Ну, брат, твое время пришло. Не хочешь принять для храбрости?
Васек утвердительно кивнул и снял маску. Антоха полез в какой-то шкафчик, достал бутылек с прозрачной жидкостью, наполнил ею мензурку и протянул «коллеге».
-Спирт, - пояснил он, - чтоб руки у тебя не дрожали. Осилишь?
Васек снова кивнул, взял предложенную мензурку и залпом выпил. Антоха протянул ему кружку с водой, Васек запил и очумело потряс головой. Но через пару минут спирт ударил в голову и Васек заулыбался.
- Ладно, Антоха, давай топай. Да ты не ссы, не посрамлю высокое звание врача, гыгыгы.
Антон пожал Ваську руку, пообещал ящик гиннесса и вышел за дверь. Васек же, снова нацепив маску, натянул резиновые перчатки и внезапно охрипшим голосом крикнул:
- Следующая!
В кабинет вошла женщина лет тридцати, средней полноты и довольно миловидная.
- Здравствуйте, - поздоровалась она.
- Добрый день, - ответил Васек и, помня о том, как это делал Антон, солидно добавил, - раздевайтесь, готовьтесь.
Женщина взобралась на кресло. Васек заглянул ей между ног и замер при виде пизды. Лобок у женщины бил гладко выбрит, и пахло от нее каким-то приятным дезодорантом. Васек почувствовал, как хуй пришел в движение, задирая полу халата, выругался про себя и взял в руки расширитель.
Вставить его во влагалище оказалось не так просто, как казалось с виду. Васек боялся сделать женщине больно или выказать свою неловкость, в душе уже проклиная себя за то, что ввязался в эту авантюру. Проклятая железяка ну никак не желала влезать в сухие, плотно сжатые половые губы пациентки.
- Блин, смочить бы чем, - подумал Васек и огляделся по сторонам, но ничего подходящего в кабинете не было.
Вдруг в его голове мелькнула мысль. Он наклонился над промежностью женщины и провел языком по губкам, сделав акцент на области клитора. Женщина вздрогнула и напряглась.
- Ща заорет, - решил было Васек, и приготовился спасаться бегством, но женщина ничего не сказала и вновь расслабилась.
В этот момент Васек почувствовал, что вот-вот кончит, Опасность выбросила в его кровь дозу адреналина, кровь ударила в голову и он вновь провел языком между ног у пациентки. Женщина снова дернулась и промолчала. Отбросив все сомнения, Васек принялся, как умел, вылизывать женщине пизду. Остановился он лишь тогда, когда та выгнулась, как только это возможно, сидя в гинекологическом кресле, и тоненько завыла.
- Кончила, - догадался Васек – Вот дурень, а мазок то я и не взял.
Он выпрямился и, не глядя в глаза откинувшейся на кресле женщине, пробубнил:
- Потерпите еще немножко. Я быстро.
После этого он легко ввел в истекающее смазкой влагалище расширитель, кое-как зафиксировал его и, страшно волнуясь, взял мазок, так, как это делал Антоха. Женщина покорна ждала, пока он закончит.
- Все, можете одеваться,- покончив с делом, Васек испытывал стыд.
- Спасибо доктор, - неожиданно ласковым голосом сказала женщина. - Так когда мне теперь прийти?
- В понедельник, - вспомнив Антохины наставления, ответил красный и взмокший «доктор».
За пациенткой закрылась дверь кабинета и Васек смог перевести дух. Хуй его стоял столбом, яйца слегка болели от перевозбуждения.
- Подрочить, что ли? – подумал Васек, но тут в дверь просунулась кудрявая женская голова.
- Можно?
- Входите… - нехотя ответил Васек и выматерился про себя.
С этой пациенткой все вышло тем же самым образом, и со всеми остальными тоже. Одна из женщин, покидая кабинет, даже обернулась и послала Ваську воздушный поцелуй.
- В понедельник, не забудьте, - крикнул Васек ей вслед.
- Обязательно! – послышалось из-за двери.
Прием продолжался до 18 часов. За это время Васек стер язык и два раза спустил. Первый раз в трусы, когда очередная пациентка, стройная белокурая девочка-подросток, кончая, сжала его голову своими руками и закричала от наслаждения. Во второй раз все вышло куда более экзотично.
В 17-35 в кабинет вошла полная красномордая тетка, лет этак пятидесяти. Васек внутренне охнул, а сам заученным движением указал на кресло.
- Раздевайтесь, готовьтесь.
- А вы, доктор, новенький что ли? – поинтересовалась тетка.
- Да, а что?
- А как вас зовут? – промурлыкала та.
- Василий Степанович.
- Ой, а мне подруга позвонила, сказала, что новый гинеколог у нас, такой приятный молодой человек…
Васек вспомнил, что среди женщин, пришедших на прием в этот день, была одна лет так сорока, она еще обивку кресла ногтями царапала, когда кончала.
- Вот бляди, - подумал он… - Уже и подругам распиздели…
Однако, не подав вида, Васек терпеливо ждал, пока тетка разоблачит свои жирные телеса и залезет на гинекологическое кресло. Но та не спешила раздвигать свои мясистые ляжки. Вместо этого она подошла к кушетке и улеглась на нее поперек. А на недоуменный взгляд Васька пояснила:
- Стара я уже этой акробатикой заниматься, давай уж, Васенька, здесь…
Опешивший Васек опустился перед кушеткой на колени и приступил к манипуляциям с половыми губами. Через пару минут тетка вовсю постанывала, поохивала и с готовностью подавалась тазом навстречу Васьковскому языку. Еще через пару минут она кончила, остановила Васька и похотливо спросила:
- А хочешь, Васенька, я тебя поласкаю? Нежненько… А то там у тебя, - показала тетка на торчащие полы халата, - уже дымится все, золотце ты мое…
Васек, решив, что хуже уже все равно не будет, покорно расстегнул халат и приспустил штаны. Тетка уселась на кушетку голой жопой и зачмокала, постепенно принимая Васькин хуй все глубже и глубже. Васек думал, что кончит мгновенно, однако от перевозбуждения ему никак это не удавалось. Тогда он мысленно махнул рукой на Антоху, ящик пива и все на свете и сказал сосущей его хуй тетке:
- Стой. А как тебя зовут?
- Тетя Вика, - ответила та. – Не отвлекайся!
- Да не, Вика, я так не кончу, давай лучше раком, - предложил вконец распоясавшийся Васек.
Тетка проворно подставила Ваську свою объемистую задницу. Отбросив последние сомнения, Васек засандалил ей по самые яйца и начал в темпе трахать, изредка пошлепывая по колышущейся в такт жопе.
- Что, сука, нравится, - сквозь зубы цедил он, войдя в раж.
- Да-а-а-а-а…. Еще-е-е-е… - стонала тетка и активно подмахивала, стараясь скорее достичь оргазма.
- То-то же, блядь! Давай, работай, шлюха, - почти орал Васек, сочно шлепая яйцами по теткиному клитору.
- О-о-о-о-о….
Кончили они одновременно. Мокрые от пота, раскрасневшиеся, они повалились рядом на кушетку, заскрипевшую под их совокупной массой.
- Мазок-то брать? – не открывая глаз, спросил, Васек
- Не, не на-а-адо, у меня все в порядке, вчера-а-а проверялась, - томно протянула тетка в ответ.
- Тогда ладно… У меня смена закончилась, мне пора… - Васек с трудом встал и натянул штаны.
- Ну, если пора, то иди… - ответила тетка и тоже принялась приводить себя в порядок.
– В понедельник.. – привычно начал было Васек и осекся, вспомнив, что тетка вовсе и не на прием приходила, а с другой целью.
- В понедельник? Обязательно! – тетка подмигнула Ваську и потрепала его легонько по щеке.
Через пять минут Васек остался в кабинете один. Сняв халат и перчатки, он долго и тщательно мыл руки. Потом, вспомнив, где Антоха хранит спирт, достал из шкафчика пузырек и нацедил немного в мензурку. Сделав глоток, он прополоскал рот, сплюнул и припал к струе текущей воды, чтоб остудить обожженный спиртом рот.
Еще через десять минут Васек вышел из двери кабинета в коридор, запер дверь на ключ, предусмотрительно оставленный Антохой, и покинул поликлинику.
Придя домой, он первым делом набрал номер приятеля. Трубку, однако, взяли не сразу. Наконец, после пятого или шестого гудка, Васек услышал антохин голос:
Васек успел переодеться и принять душ, а Антохи все еще не было. Наконец, раздался звонок. Открыв дверь, Васек увидел приятеля с двумя полными пакетами в руках. На лице Антохи была скорбная гримаса:
- Ну, чего стоишь? Забирай пиво…
- Ага. А ты чего такой убитый?
- Да пиздец…
Приятели втащили пакеты с пивом на кухню и принялись рассовывать бутылки в холодильник. Васек никак не унимался, продолжая выпытывать у Антохи причину его плохого настроения:
- Не, ну а чо у тебя случилось-то? С Маришкой посрались?
- Да пиздец… - повторил Антоха, - наливай, расскажу. У тебя-то как все прошло?
Решив, что подробностей Антохе знать не обязательно, а принятые им днем пациентки вряд ли проговорятся, Васек наигранно бодро отрапортовал:
- Десять пациенток, сделал все, как ты показал, назначил всем на понедельник.
- Молоток… Только зря вся эта хуйня была…
- Да что там у тебя стряслось-то? – Васек разлил пиво и предложил приятелю – Давай, пей и трави.
Антоха одним махом осушил пол-литровый пластиковый стакан и попросил еще. Пока Васек наливал, Антоха начал рассказывать:
- Ну короче, пришел я в гости к ней, в двенадцать, как договаривались. Наглаженный, с цветами и шампанским. Предки ее были дома, стол накрыт уже, сидят, ждут. Ну, познакомились, туда-сюда, попиздели, они меня расспрашивали, что да как, да где жить будем, да сколько я получаю, да смогу ли я оплачивать Маришкин институт…. Я им все как на духу выложил, говорю, мол, люблю дочку вашу и жизни без нее не представляю. Ну, предки, натурально, размякли, а мы на коньяк к тому времени перешли уже… Короче, дали они мне благословение, мол, женитесь. Я, блин, окосел порядком, а Маришка, та вообще, вижу, засыпает. Ну и повел я ее в спальню, типа уложу. Предки сразу деликатно ушли в свою комнату. Ну, думаю, дай-ка я, пока она сонная, попытаюсь ей засадить. Дотащил до постели, дверь в спальню запер, Маришку раздевать начал. А она пьяная в хлам, даже сопротивляться и то не может. Короче, раздел я ее догола, ноги раздвинул… Думаю, потрусь по клитору и кончу, ебать не стану, а то еще крик поднимет, целка же еще. И что ты думаешь? Только я хуй туда нацелил, как он влетел в ее пиздищу по самые не балуйся! А моя «девственница» Маришка сквозь сон застонала и попыталась подмахнуть… Я охуел… У меня конечно, все мигом упало – как же так, она же целку из себя строит, а сама…. Ну и короче, встал я с нее, включил свет и беглый гинекологический осмотр провел, инструменты-то с собою всегда. Васек, брат, это пиздец, я от увиденного протрезвел мигом… У нее один аборт уже как минимум, да еще и секс был сегодня утром. Причем, похоже, что и в жопу она ни разу не любительница потрахаться, очко разработано охуеть как. В общем, оделся я, вышел из спальни, попрощался с предками и свалил. Что теперь делать не знаю, блядь…
Васек, внимательно слушавший приятеля, после этих слов грязно выругался и залпом выпил стакан пива. Антоха последовал его примеру. Какое-то время слышно было только бульканье текущей по пищеводам жидкости да хруст чипсов. Наконец, Васек не выдержал:
- Ну пиздец ты, Антоха, встрял… Она, типа чо, год не давала тебе, а сама еблась направо и налево? Я бы суку такую на хуй после этого угандошил…
- Убить – не выход. Посадят, еще десять лет дрочить буду, в лучшем случае.
- Ну да, - Васек потер подбородок. – Тогда просто забей на нее. Давай лучше нажремся сегодня, по-нашему, один хуй, завтра воскресенье.
- Да не берет меня бухло… Хотя ладно, брат, наливай…
Приятели налегли на пиво и закончили вечер, как это обычно водится, песнями под гитару и пьяными обещаниями отпиздить суку Маришку. Ближе к утру Васек с Антохой угомонились и уснули.
Утром в понедельник, помятый после двухдневной пьянки, терзаемый мыслями о предательстве Маришки, Антон вошел в свой кабинет. До приема еще было около часа, времени хватало, чтобы похмелиться остатками спирта и более-менее привести себя в норму. Неожиданно зазвонил телефон.
- Алле? – недовольно буркнул в трубку Антоха. – Да, да, сейчас зайду, одну минутку, Виктория Анатольевна.
Ругая вполголоса тупое начальство, Автоха поднялся по лестнице на третий этаж, подошел к кабинету завотделением и постучал. Услышав приглашение войти, он открыл дверь в кабинет и, мягко говоря, охуел: на диване, голая, в одних только сетчатых черных чулках с поясом, возлежала, раскидав бесстыже жирные ляжки, его начальница.
- Ну, чего застыл на пороге? Заходи, - приказала она не допускающим возражений тоном.
Антоха вошел, по инерции закрыв двери на защелку.
- Молодец, правильно догадался, - проворковала Виктория Анатольевна, - Ну давай, обследуй, что ли, тетю Вику. Только учти, если мне не понравится, я тебя уволю, а на твое место возьму Василия Степановича, у него ну очень хорошие знания по гинекологии….
